Горячее прошлое [сборник] - Николай Иванович Леонов

голову в окошко кассы, предъявил удостоверение и поинтересовался у пожилой женщины, где найти старшего по станции. Женщина на красные корочки едва взглянула. Она сообщила сыщикам, что им нужен Подколотников Дмитрий Тимофеевич и велела идти до конца платформы. С левой стороны они должны были найти домик, поставленный для путейцев.

Дверь домика оказалась заперта. Гуров постучал. Спустя полминуты на пороге появился заспанный мужичок.

– Чего ломитесь? Глаза разуйте, касса дальше, – сердито проворчал он и собрался закрыть дверь.

– Вы ведь Дмитрий Тимофеевич будете, не так ли? Мы, собственно, к вам, – придержав створку, заявил Крячко. – Пустите нас?

– Кто такие? – осведомился мужичок.

– Из Москвы мы, уголовный розыск, – ответил Стас.

– Уголовный, говоришь? Что, грохнули кого-то на станции? – Мужичок заметно оживился. – Это я самое интересное проспал?

– Войти можно? – повторил вопрос Крячко. – В тепле куда приятнее беседу вести.

– Заваливайте. – Мужичок отступил в сторону, пропуская гостей. – Тесновато тут, зато действительно тепло. В этом году нам на отопление субсидии выделили, а в прошлом году мы замерзали, прямо как немцы под Москвой. – Этот человек, довольный собственной шуткой, зашелся дребезжащим смехом.

Крячко сдержанно хохотнул, Гуров подыгрывать не стал.

Сыщики вошли в домик, осмотрелись. Маленькая комнатенка с продавленным диваном, закрытой тумбочкой советского разлива и новеньким электрическим чайником на ней. Вот и все.

– На диван падайте, стульев нет. – Мужичок жестом предложил визитерам присесть.

Крячко отодвинул в сторону подушку, сбросил на пол телогрейку и уселся по центру дивана. Гуров пристроился с краю. Сам хозяин предпочел опуститься прямо на ту самую телогрейку, использовал ее как подстилку.

– Ну, рассказывайте, кого убили, – устроившись, заявил мужичок.

– У вас-то никого, Дмитрий Тимофеевич, а вот в Москве убивают чуть не каждый день, – подлаживаясь под настроение хозяина, начал разговор Крячко. – А нам, бедным операм, с утра до ночи по окрестностям гоняйся, преступников отлавливай.

– Эх, жалко. – В голосе мужичка звучало неподдельное разочарование. – Такая скукота здесь, на станции, хоть на стенку лезь. Так хоть какое-то развлечение было бы. Мозговой штурм, так сказать.

– Мозговой штурм? – Гуров едва сдержал удивленный возглас.

Слышать подобную фразу из уст заспанного путейца было довольно странно.

– Ну да, мозговой штурм, – повторил мужичок. – Мотив, возможность, цель. Узнать, кого убили, а там вычислять подозреваемых. Мне ведь сам процесс интересен, а результат от меня не зависит.

– Ого, какие обширные познания в области ведения расследований! Откуда? – полюбопытствовал Крячко.

– Да я ведь не всю жизнь в этой дыре прозябаю. Бывали времена, когда у трех вокзалов хорошую должность занимал, а по молодости в ментовке подрабатывал, шоферил. Там и нахватался. У трех вокзалов преступность просто зверская. Мы там трижды в неделю жмуриков собирали. То с поезда снимешь, то на путях найдешь, а то и в самом вокзале покойник пристроится. А шоферил я на труповозке, сами понимаете, насмотрелся и наслушался от души. Должность такая.

– Теперь понятно, – сказал Гуров. – Выходит, мы попали по назначению. Познания ваши могут оказаться весьма кстати.

– Да ладно! Все-таки мозговой штурм я получу, да? – Мужичок потер руки. – Прекрасно, прекрасно. Только вы погодьте, дельце одно спроворю, и приступим. – Он выскочил из домика и захлопнул дверь.

Гуров решил, что тому по нужде приспичило, но через пару минут ситуация прояснилась сама собой. Вернулся мужичок весь раскрасневшийся, с запахом алкоголя и поблескивающими глазами. Из кармана штанов торчало горлышко.

– Вот, приобрел по случаю. – Он выставил на стол бутылку, уже опустошенную примерно на треть. – Вам не предлагаю. Вы же при исполнении.

– А вы, значит, на выходном? – не удержался от комментария Гуров.

– У нас тут все гораздо проще, чем у вас. Моя работа заключается в том, чтобы дважды в день пути проверить, молоточком специальным по рельсам постучать, да за лампочками на семафоре следить. Глоток вина этой работе не помеха.

Крячко украдкой ткнул Гурова локтем в бок. Не нарывайся, мол, единственного волонтера спугнешь. Лев Иванович замолчал, предоставил другу возможность действовать. Стас уже понял, что для того, чтобы вызвать у путейца интерес, придется представить ему дело об убийстве Веденеева во всех деталях. Эта идея ему не особо нравилась, но он видел, что другим способом раскачать мужика не удастся.

– Ну, выкладывайте, что у вас стряслось, – наполнив граненый стакан до краев, произнес путеец.

– Вопрос деликатный, Дмитрий Тимофеевич. Вы как человек, близко знакомый с оперативной деятельностью, должны это понимать, – польстил ему Крячко.

– Это я понимаю. Поверьте, трепаться о том, что обсуждал с уголовным розыском, не стану, – заверил мужичок сыщиков. – Можете быть уверены, все, что будет сказано в этой комнате, в ней навеки и останется.

– Отлично. С формальностями покончили, можно переходить к делу. – Стас выдержал небольшую паузу, потом продолжил: – Несколько дней назад на Старо-Марковском кладбище был обнаружен автомобиль с трупом в багажнике.

– Так вы убийц того мальчика ищете? Ого, вот это поворот! – воскликнул путеец.

– Вам известно об этом деле? – с удивлением спросил Крячко.

– Да кому же о нем не известно? Весь интернет кишит этой новостью, – возбужденно проговорил мужичок. – Такая жестокость! Мало им было избить парня, так они его еще и пытали, а потом обрекли на медленную мучительную смерть. Что за изверги совершают такое?

– Именно это нам и предстоит выяснить, – вступил в разговор Гуров, но мужичок словно не услышал его.

Он развернулся лицом к Крячко и спросил:

– Правда, что мальчишку пытали несколько дней?

Стас переглянулся с товарищем, получил утвердительный кивок и ответил:

– По данным экспертизы получается, что около суток.

– А зачем, уже известно? У нас болтают, что просто ради удовольствия. Отморозки такие, кайфуют они от чужой боли, – продолжал путеец.

– Я не могу ответить на этот вопрос, Дмитрий Тимофеевич. Следствие пока не установило причины расправы над жертвой.

– А что установили? Свидетелей нашли, кто-нибудь видел, как парнишку в багажник запихивали?

– Дмитрий Тимофеевич, давайте я вам расскажу, как все было, а потом мы вместе помозгуем, как выйти на преступников, – предложил Крячко, когда понял, что поток вопросов не иссякнет.

– Так я только «за», – сказал мужичок и одобрительно закивал. – Давайте, излагайте. Я могила!

Крячко начал рассказ с сигнала в полицию, поступившего от сторожа Старо-Марковского кладбища. Эпизод с отцом Веденеева он намеренно пропустил, старался упоминать лишь о том, что и так просочилось в прессу, добавлял некоторые подробности для поддержания интереса у путейца. Он сообщил ему о дружбе Никифорова и Веденеева, естественно, не называя фамилии подозреваемого, потом об изысканиях, проведенных накануне поездки в Икшу, о том, что машина Веденеева прошла до самого поселка и через сутки оказалась у Старо-Марковского кладбища.

– Вот мы и решили, что эти сутки